Все под контролем (четвертая серия)

В ЖЖ давно замечено - чтобы собрать массу комментов, нужен пост про сиськи. А чтобы комментов было немного, и чтобы пяток френдов отписались от журнала - хорошо подходит рассказ из вселенной S.T.A.L.K.E.R.
Чтобы восстановить баланс, слегка нарушенный вчерашним постом про сиськи, выкладываю очередную серию своего фееричного рассказа, который, как следует из заголовка, обзавелся названием.
В этой серии начинается долгожданное мочилово - его все еще немного, но уже разными способами убивают десяток монстров, пяток людей и одну старушку.


***

Группа бойцов в камуфляже и красных банданах медленно двигалась по лесу скрюченных деревьев.
- «Карусель» прямо по курсу, - негромко сказал Акула.
- Вижу, - ответил Перун, осторожно идущий впереди.
- Диван, проверь, можно ли обойти справа, - скомандовал Люк.
- Соси бензин!
- Чего?
- Сам проверяй.
Люк зло посмотрел на Дивана, но ничего не сказал, поскольку знал, что спорить с этим бугаем бесполезно.
Вдруг Перун поднял правую руку вверх, а потом жестом указал вперед. Все замерли.
Впереди на полянке расположились три сталкера. Двое лежа на земле ели бутерброды. Третий стоял с автоматом в руках и смотрел по сторонам.
Бойцы, глядя на датчики, осторожно обошли «птичью карусель» и тихо подкрались к полянке. Люк первым поднял винтовку с оптическим прицелом и метким выстрелом снял часового. Оставшиеся сталкеры схватились за автоматы и принялись палить во все стороны, когда заработали автоматические винтовки бойцов. Здоровый сталкер с Ак-74 в руках продолжал стрелять, даже когда пуля Акулы пробила ему плечо, но Диван небрежно скосил его очередью из ручного пулемета.
Вновь стало тихо. Все выбрались из леса на полянку. Люк подошел к здоровяку и снял с его руки ПДА.
- Орион, - прочел он имя мертвого сталкера, ткнув пару кнопок. – Остальные, очевидно, Профессор и Агат – они втроем ходили.
Диван стоял к сталкерам спиной, оглядываясь и водя стволом своей любимой Minimi Para из стороны в сторону – на звуки стрельбы могли пожаловать любители полакомиться.
Перун обыскивал рюкзак пожилого сталкера - вероятно, Профессора.
- Практически пусто, - сказал он через пару минут, задумчиво вертя в руках маленькое тусклое колечко.
- Практически? – переспросил Люк, доставая из рюкзака Ориона «Лунный свет».
- Колечко только какое-то было в контейнере. Вроде не радиоактивное. Странно.
- Разберемся.
В Акулин рюкзак от Агата перекочевали «мамины бусы» и «колючка».
- Да, негусто, - прокомментировал Люк. – Одним «Лунным светом» сыт не будешь, а добыча Перуна и Акулы и того меньше.
- Ну что, пойдем за той четверкой? - спросил Акула. Час назад его датчик показал, что в сторону Темной Долины движется группа из четырех сталкеров.
- Ну что ж, подождем их на выходе из Долины. Глядишь, их там поубавится. Перун, вперед. Акула за ним. Диван – замыкаешь.

***

- Скажи, друг мой, а видел ли ты здесь вот это? – Вацик стоял на полянке, а вокруг него в нескольких метрах лежали трупы десятка псевдособак. Создавалось впечатление, что псевдособаки встали в хоровод, а потом все разом заснули.
- Ну, видел, - ответил Русый.
- А ты не обратил внимания, что на собачках нет следов от пуль?
- Да мне похуй на собак, если честно.
- Понятно, - кивнул Вацик, и они пошли дальше.

На кочке рядом с котлованом сидел мрачного вида сталкер и курил.
- Привет, Холс. – радостно крикнул Русый. - А ты все сосешь?
Холс получил свое прозвище за рассказы о своих любимых леденцах, которые якобы как-то помогают от радиации. А на дежурные шутки сталкеров по этому поводу он давно не реагировал.
- Здорово, мужики.
- А чего ты тут сидишь?
- Небом, блядь, любуюсь.
Небо над Свалкой действительно стоило того, чтобы им любоваться: низкие серые тучи сталкивались, будто боевые слоны нескольких армий. Во главе тех армий, видимо, были громовержцы – молнии сверкали, освещая бока туч и котлован, в котором покоились старые машины, привезенные сюда ликвидаторами еще после первого выброса на ЧАЭС.
- Присел портянку перемотать. А теперь не подняться…
Вацик с Русым расхохотались.
- Жопой в жадинку уселся? И выбраться не можешь?
- Но черт возьми, Вацик, как?
- Это элементарно, Холс! Сейчас мы отрежем твою жопу, и все будет нормально.
- Погоди! - в притворном ужасе воскликнул Русый. - Нельзя ему жопу отрезать, у него ведь в ней мозги!
Они снова расхохотались.
- Мерзкие охуйки, - сплюнул Холс.
Самый простой способ вытащить кого-то из зарождающегося гравиконцентрата - жадинки - это перегрузить ее. Веса, вдвое превышающего вес застрявшего, обычно хватает, чтобы жадинка через некоторое время ослабила свою хватку.
Смеясь, Вацик и Русый встали по бокам от Холса, взялись за руки и влезли на кочку.
Вдруг в десятке метров от них из котлована высунулось несколько отвратительных морд – серых, покрытых редкими клочками шерсти и язвами. Пару секунд псевдособаки принюхивались и оценивали обстановку, а потом бросились в сторону сталкеров.
- Бляяядь! – закричал Холс, первым заметивший стаю.
Вацик оглянулся и закричал:
- Быстрее, Холс, быстрее!
К счастью, эта жадинка оказалась не слишком сильной – Холс, дернувшись сильнее, сумел вскочить и тут же схватился за автомат. Вацик, спрыгнувший с кочки, уже стрелял по первым выскочившим тварям.
Трех псевдособак уложили легко. Но из котлована вылезали все новые и новые зверюги и тут же бросались под пули.
Матерая собачища прорвалась сквозь плотный огонь, получив несколько пуль, но не сбавив мощного напора. Холс разрядил ей в морду остатки рожка, и только тогда она угомонилась.
Русый стрелял короткими очередями, крича:
- СЧАСТЬЯ ВАМ! ВСЕМ, СУКИ! ДАРОМ НАХ! И ПУСТЬ НИКТО, БЛЯДЬ! НЕ УЙДЕТ! ОБИЖЕННЫМ!!!
Вскоре обиженных среди псевдособак не осталось – все лежали счастливые, и никто не собирался уходить.
- Вот так нихуя себе, – перевел дух Холс, опуская автомат. – Спасибо, мужики, выручили, а то б мне тут пиздец и настал. Отплачу хабаром.
- Много у тебя того хабара, - сказал Русый.
- Сейчас голяк, - признался Холс. – Но есть нехуевый вариант. Видел тут одну интересную штуку. Я собирал неподалеку артефакты…
- Стекловату, что-ли? – усмехнулся Вацик.
Холс запнулся, но уточнять не стал:
- Так вот, смотрю, идет вдалеке Сморчок – его легко узнать, маленький, щуплый, походка дерганая…
Вацик с Русым переглянулись.
- И выскакивает на него стая собак. Что-то много их на Свалке развелось. Ну, думаю, пиздец Сморчку – одному такую свору ни за что не положить. А он вместо автомата за контейнер схватился и чем-то так им засветил, что все собаки разом полегли. Очень меня тот контейнер заинтересовал, и я хотел за Сморчком проследить. Но оказалось, что я не единственный, кто все это видел – минут через десять из-за куста на Сморчка выпрыгнул какой-то оборвыш, перерезал ему глотку, схватил контейнер и бросился наутек.
- А что ж ты сам за тем оборвышем не пошел?
- Да я и хотел, только вот ногу натер, и решил портянку перемотать…
- Значит, он уже часов шесть как съебался? – спросил Русый. – Я дохлого Сморчка здесь видел, и с тех пор успел до обломовского бара смотаться и с Вациком вернуться.
- Ну да, - угрюмо ответил Холс.
- И чем нам твой рассказ теперь поможет?
-Дак узнал я того оборвыша! Это Пешка из Темной Долины! Он мне как-то пару грави за чекушку самогонки продал!

***

Через поле навстречу группе уныло брел зомби – когда-то это была старушка в пальто, юбке, платочке, с неизменной авоськой в руке и очками на носу. Теперь от одежды остались одни лохмотья, от очков – оправа, а от авоськи лишь веревочки.
Бабка, очевидно, заметила сталкеров и теперь уверенно направлялась в их сторону.
- Чорнышеев, разберись, - бросил Буфет, продолжая смотреть на детектор аномалий.
Чорнышеев неуверенно вышел вперед, снял автомат с плеча и навел на бабульку. Зомбированная старушка не проявляла признаков агрессии, и сталкер засомневался:
- А нафига на нее патроны тратить? Чем она нам помешает?
- Да просто будет тащиться сзади, в самый неподходящий момент ты на нее отвлечешься и влетишь в какую-нибудь аномалию, - спокойно ответил Буфет. – А вот насчет патронов ты прав.
- Так что же тогда с ней делать?
- Эх, молодежь, - сказал Эфэм, развязывая рюкзак и доставая оттуда походный топорик. – Все вас учить. Держи.
- Топором? – ужаснулся Чорнышеев.
Эфэм посмотрел на него, как на безнадежно больного и сказал:
- Если хочешь победить Зону, победи самого себя. – Затем кинул в бабку болт и пошел ей навстречу.
- Да, любишь ты, Эфэм, свою работу, - сказал Буфет, когда Эфэм разделался со старушкой.
- Работу? – переспросил Чорнышеев.
- Ну да, а то ты не знал, что у нас в «Долге» за убитых монстров выплачивают награду? За кровососа - штука баксов, за псевдокабана – триста, за зомби – двадцатка.
- И что же, мочить старушку за двадцатку? – ошеломленно проговорил Чорнышеев.
- Не скажи, пять старушек – уже сотня!
Глядя на изумленное лицо Чорнышеева, Буфет, Эфэм и Мегагерц расхохотались.

- Буфет, а откуда мы знаем, куда идти? Зона большая, он мог пойти куда угодно, - спросил Чорнышеев минут через двадцать.
- Пиздишь ты много, Чорнышеев. Смотри лучше на детектор и по сторонам.
- Да я смотрю. И все-таки?
- Это отребье обычно ошивается у Кордона, но сегодня ему туда путь заказан. Значит, он пойдет в свою нору в Темной Долине. Только такие ебланы, как он, и могут там жить. Правда, недолго – радиации в Долине дохуя.
- Небось, за пару месяцев и светиться начинают, - понимающе отозвался Чорнышеев.
Буфет посмотрел на него с